1.png2.png

Соматологические материалы к проблеме этногенеза финно-угорских народов.

Соматологические материалы к проблеме этногенеза финно-угорских народов. К.Ю.Марк

 По вопросам, где и когда существовала прародина финно-угорских племен и какой расовой принадлежности могли быть эти племена, имеется много различных теорий. Эти и другие сложные вопросы этногенеза автор делает попытку осветить на основе соматологических материалов.

О соматологических особенностях отдельных финно-угорских народов имеется довольно обширная специальная литература. Однако трудно на ее основе дать хороший антропологический обзор финно-угров, поскольку данные разных авторов не всегда сопоставимы. Вследствие этого возникла необходимость собрать весь самотологический материал по финно-угорским народам по единой программе и единой методике силами одного исследователя. Я и предприняла попытку сделать это.
Материал для этой работы собирался в течение 18 лет (с 1959 по 1972 г.). Все антропологические измерения и описания выполнялись мной лично. Были обследованы все финно-угорские народы, живущие в СССР и в Финляндии. Наряду с соматологическим обследованием финно-угорских народов были собраны также сравнительные материалы по их соседям.
Материал подразделен по этническим и территориальным группам. Каждая группа состоит в среднем из 100 мужчин в возрасте от 20 до 60 лет. В целом собранный мною новый соматологический материал охватывает 127 этнических и территориальных групп, в том числе 106 групп финно-угорских народов. При описании финно-угорских народов признаки первого порядка приобретают особое значение, так же с их помощью легче установить, относятся ли эти народы к европеоидным, монголоидным или переходным формам. К таким признакам относятся, в частности, некоторые морфологические признаки лица – рост бороды, горизонтальная профилировка лица, выступание скул, положение глазной щели, частота эпикантуса, высота переносья, горизонтальная профилировка переносья и профиль верхней губы.
В большинстве случаев мы можем говорить о большей или меньшей монголоидной примеси у большинства финно-угорских народов. Чтобы точнее определить степень этой примеси, был применен специальный индекс, названный «индексом монголоидности», который связывает восемь вышеназванных важнейших признаков. Явные межгрупповые корреляции между этими признаками позволяют оценивать их по этому индексу суммарно. Примерная пограничная величина между типичными европеоидами и монголоидами определяется путем сопоставления данных индекса монголоидности с данными индекса общей уплощенности лица. Последний индекс был введен в употребление Г.Ф. Дебецом на основе краниологических материалов. Этот индекс включает в себя пять основных признаков, которые отличают черепа монголоидов от европеоидов.
Ориентировочно группы, где монголоидный индекс ниже 20, могут считаться абсолютно европеоидными, без монголоидной примеси. Среди прибалтийских народов к их числу относятся западные эстонцы, а также западные и южные финны. Аналогичные группы есть и среди мордвы-эрзи. Все эти группы столь же европеоидны, как шведы, живущие на территории Финляндии, или русские Поволжья.
Если мы причислим к европеоидам также группы со слабой монголоидной примесью, то увидим, что к ним относятся в первую очередь прибалтийско-финские народы, большая часть мордвы и в меньшей степени коми-зыряне. К ней относятся также венгры.
У остальных финно-угорских народов, так же как и у части мордвы-мокши, марийцев, удмуртов, коми-пермяков, части коми-зырян и лопарей, монголоидная примесь выражена сильнее. У западносибирских хантов и манси монголоидный компонент вообще имеет перевес. Названные финно-угорские народы должны быть отнесены к уральской расе, основные признаки которой стоят посредине между монголоидной и европеоидной большими расами.
Общеизвестно, что очень темная пигментация волос и глаз характерна для монголоидной расы. Но к уральской расе это примерно не в полной мере. Если тюркские народы Поволжья (чуваши, татары и башкиры) имеют наряду с сильно выраженными монголоидными чертами также и темную пигментацию, то эта корреляция у финно-угорских народов менее ощутима. Увеличение монголоидной примеси не обуславливает у финно-угров столь темной пигментации.
Если монголоидная примесь у финно-угров слабая (как у части прибалтийских финнов, у коми и мордвы-эрзя), то о темной пигментации, по сравнению с чисто европеоидными группами, вообще не может быть речи, часто дело обстоит даже наоборот. Существенно, что некоторые группы в Восточной Финляндии и Восточной Эстонии у которых нельзя отрицать известной доли монголоидных черт, отличаются от других исследованных групп особо светлой пигментацией глаз и волос.
Очевидно, депигментация в Восточной Европе произошла в уже смешанных группах, которые сохранили некоторые монголоидные черты от очень древних времен.
Наибольшее распространение среди финно-угорских народов имеет уральская раса. Ее ареал охватывает Западную Сибирь, Среднее Поволжье, прилегающие к Уралу территории и север Европейской части СССР. Вероятнее всего, уральская раса представляет собой промежуточную форму между монголоидами и европеоидами. Она характеризуется средне-темным или темным цветом волос, относительно малой длиной тела и относительно часто встречающейся вогнутой спинкой носа.
Раньше уральская раса имела еще большее распространение в восточноевропейской лесной полосе. Древние формы уральской расы, которые находим преимущественно в эпоху неолита (III – II тысячелетия до н.э.) у носителей культуры ямочно-гребенчатой керамики, а частично – в период позднего мезолита в тех же областях, представляли собой, как и сегодня, контактную группу между европеоидами и монголоидами.
Что касается признаков второго порядка, то древнейшие формы уральской расы брахикранны или мезокранны, имеют сравнительно широкое и низкое лицо. Поскольку они напоминают современный лапоноидный и сублапоноидный типы, то мы называем древнейшие формы уральской расы протолапоноидным типом.
Уральская раса подразделяется на ряд антропологических типы. Обский (или уральский) тип, распространенный у хантов и манси в Западной Сибири, а также у самодийцев, отличается от других типов уральской расы прежде преобладанием монголоидных элементов над европеоидными. Цвет волос и глаз темнее, чем у европеоидов, но не очень темен. Голова по большей части умеренно мезокефальная или брахикефальная, лицо относительно широкое и низкое. Для этого типа особенно характерна вогнутая спинка носа. В других типах уральской расы преобладают европеоидные элементы, но монголоидная примесь достаточно явно ощутима. При этом волосы и глаза несколько светлее. Сюда относятся лапоноидный, сублапоноидный и субуральский типы, разница между которыми проявляется преимущественно в пропорциях головы и частей лица.
Лапоноидный тип характерен для лопарей. Особенность его – очень низкое лицо и брахикефалия.
Сублапоноидный (или волго-камский) тип встречается у мари, удмуртов, коми-пермяков и отчасти у коми-зырян. Он имеет более высокое лицо и менее выраженную брахикефалию.
Субуральский тип, распространенный у части мордвы-мокши, характеризуется относительной длинноголовостью и довольно высоким лицом в пределах уральской расы.
Помимо уральской расы среди финских народов представлены разные варианты беломорско-балтийской расы. Эта раса занимает довольно обширную территорию в северной части Восточной Европы от Восточной Финляндии и восточной части Эстонии до Урала. Она отличается светлым и очень светлым цветом волос и глаз. При этом на территории ее распространения констатируется наличие слабой монголоидной примеси. Длина тела обычно средняя и выше средней. Волосы преимущественно прямые, спинка носа часто вогнутая, как в уральской расе. Беломорско-балтийская раса подразделяется на восточнобалтийский и беломорский типы.
Восточнобалтийский тип распространен у большинства прибалтийско-финских народов и отчасти у коми зырян. Кое-где он встречается и у соседних с ними русских и латышей. Этот тип характеризуется умеренной короткоголовостью и относительно широким и низким лицом.
Беломорский тип меньше распространен у финно-угорских народов, он встречается преимущественно у далеко расселенных на север коми-зырян, в некоторых местах у карел. Более характерен он для русских северных районов Восточной Европы. В отличие от восточнобалтийского типа у беломорского типа голова длиннее, лицо уже, длина тела несколько большая.
Основной ареал атланто-балтийской расы простирается через Скандинавский полуостров, захватывая западную и южную части Финляндии, а также запад Эстонии и Латвии. Кроме того один из типов атланто-балтийской расы распространен на среднем течении Волги, особенно у мордвы-эрзи. По пигментации эта раса не имеет существенных отличий от беломорско-балтийской. В обоих случаях наблюдаются светлые или очень светлые волосы, но в атланто-балтийской расе нет монголоидной примеси. Вогнутая спинка носа встречается редко. Длина тела большая, голова чаще мезокефальная, лицо относительно узкое и высокое.
На территории распространения атланто-балтийской расы можно также выделить отдельные антропологические типы. Скандинавский тип, которому особенно хорошо соответствует данное выше описание, характерен для шведов и финнов западной и южной частей Финляндии. Западнобалтийский тип, не отличающийся выраженной долихокефалией и имеющий более широкое лицо, распространен в западных районах Эстонской и Латвийской ССР, а также у ливов. Как сказано, в среднем течении Волги встречается еще один тип атланто-балтийской расы, который мы называем сурским. Он характерен для большей части мордвы-эрзи. Здесь отмечается мезокефалия, относительно узкое лицо, но не столь высокое, как у скандинавского типа. Не так велика длина тела, но тем не менее в сурском типе она всегда выше средней.
Темнопигментированный южноевропейский тип вообще не встречается у финно-угорских народов. Даже среднепигментированная центральноевропейская раса занимает только окраину ареала этих народов. К ней относятся южные мордва-мокша и некоторые группы мордвы-эрзи, так же как и русские Поволжья. Длина тела у них обычно средняя или выше средней, преобладает мезокефалия, лицо узкое. Довольно часто встречаются волнистые волосы. Все это позволяет отнести названные группы к северопонтийскому типу. К центральноевропейской расе, видимо, принадлежит и часть венгров, во всяком случае в Закарпатье. Но поскольку для них характерна брахикефалия и относительно широкое и низкое лицо, то в этом случае мы имеем дело с другими народами.
В настоящее время подавляющее большинство советских археологов придерживаются точки зрения, что первоначальной родиной финно-угорских и самодийских племен была область Уральских гор. Новые результаты исследований П. Хайду показывают, что эта идея не противоречит данным лингвистики. По мнению П. Хайду, территория древнего расселения уральских племен в VI – IV тысячелетиях до н. э. лежала в Уральских горах между нижним течением Оби и верхним течением Печоры.
Это мнение согласуется с предположением антропологов, что финно-угорские племена должны были принадлежать к древнейшим формам уральской расы, поскольку уральская раса, по всей вероятности, сформировалась в областях, прилегающих к Уральским горам, которые издревле были зоной контакта между европеоиды и монголоидами. Можно считать, что пришедший с востока поток переселенцев, от которых монголоидная примесь вошла в состав населения восточноевропейской лесной зоны означал распространение финно-угорских племен на этой территории.
В образовании уральской расы первоначально приняли участие различные компоненты. О языковой принадлежности этих компонентов могут быть сделаны только предположения. Не исключено, что древнейшее население территории Урала, возможно связанное с позднепалеолитическими племенами сибирского происхождения, могло говорить на уральских праязыках. В Уральских горах, а отчасти и в восточноевропейской лесной зоне, эти монголоиды рано смешались с европеоидами, среди которых, вероятно, уже находились ранние индоевропейские племена. Во всяком случае, таким образом могут быть объяснены контакты уральских языков с индоевропейским. Если принять во внимание, что население с монголоидной примесью начало появляться в западных частях восточноевропейской лесной полосы уже в V – IV тысячелетиях до н. э., то можно предполагать, что финно-угорские племена в это время, если уже не раньше, начали распространяться с территории Урала, все более расширяя свой ареал.
В III – II тысячелетиях до н. э. протолапоноидный тип был распространен уже почти везде, где известны в более позднее время поселения финно-угров. Наличие представителей протоевропеоидного типа среди них можно считать наследием более раннего населения южного происхождения. В начале II тысячелетия до н. э. в восточноевропейскую лесную зону с юга начали проникать различные племена скотоводов. В Восточной Прибалтике появились племена – носители ладьевидных топоров, которые, по общему мнению, были балтийскими племенами, в Волго-Окской области – носители фатьяновской культуры, вероятно этнически родственные вышеупомянутым племенам. Для черепов из могильников названных культур характерен один из вариантов протоевропейских типов. Смешение с этими племенами, видимо повысило удельный вес европеоидного элемента в составе прибалтийских финнов и у предков мордвы. Таким путем может быть объяснено возникновение атланто-балтийской расы. В Финляндию позже проникли элементы скандинавского происхождения, благодаря чему там возникло значительное сходство со скандинавским типом.
С середины II тысячелетия до н. э. к восточным финно-угорским племенам примешивались индоевропейские племена, особенно иранские. Видимо, благодаря влиянию племен – носителей срубной культуры мордовские группы примесь европеоидных элементов с темной пигментацией, которые способствовали образованию в этой области морфологического комплекса сходного по характеристике с центральноевропейской расой. На Южном Урале и в южных частях Западной Сибири для местных угорских племен играли, видимо, аналогичную роль племена андроновской культуры.
Беломорско-балтийская раса, по-видимому, первоначально сложилась в результате смешения протолапоноидного типа с протоевропеоидным. Позже (с середины I тысячелетия до н. э.) на занимаемой ею территории уже сказалось влияние славянских племен, благодаря чему сложился беломорский тип; видимо, в связи этим же влиянием и восточнобалтийский тип стал более грацильным и европеоидным.
Как видно из вышеизложенного, для большой части финно-угорских народов и сегодня характерны типы уральской расы.

Литература.

Ауль Ю. Антропология эстонцев. «Ученые записки Тартуского государственного университета», вып. 158. Тарту, 1964.
Бунак В.В. Антропологический тип черемис. «Русский антропологический журнал», т. 13, вып. 3-4, 1924.
Бунак В.В. Антропологический тип мордвы. «Русский антропологический журнал», т. 13, вып. 3-4, 1924.
Витов М.В. Антропологическая характеристика населения Восточной Прибалтики. «Труды Прибалтийской объединенной комплексной экспедиции», т.2. М., 1959.
Витов М.В., Марк К.Ю., Чебоксаров Н.Н. Этническая антропология Восточной Прибалтики. «Труды Прибалтийской объединенной комплексной экспедиции», т.2. М., 1959.
Гремяцкий М.А. Антропологический тип инвенских коми (пермяков). «Ученые записки МГУ», вып. 63. М., 1941.
Дебец Г.Ф. Вепсы. «Ученые записки МГУ», вып. 63. М., 1941.
Дебец Г.Ф. О путях заселения северной полосы Русской равнины и Восточной Прибалтики. «Советская этнография», 1961, № 6.
Денисова Р.Я. Антропологический тип ливов. «Труды Института этнографии», т. XXXII, 1956.
Денисова Р.Я. К вопросу об антропологическом составе восточных латышей и восточных лиовцев. «Известия АН Латвийской ССР». Рига, 1958, № 2.
Зенкевич П.И. Характеристика восточных финнов. «Ученые записки МГУ», вып. 63. М., 1941.
Зенкевич П.И. Антропологические исследования в Удмуртской АССР. «Краткие сообщения о научных работах Института и Музея антропологии МГУ за 1938-1939 гг.». М., 1941.
Золотарев Д.А. Кольские лопари. Л., 1927.
Золотарев Д.А. Обзор русских антропологических работ по финно-угорскому населению СССР. «Финно-угорский сборник». Л., 1928.
Марк К.Ю. Этническая антропология мордвы. «Вопросы этнической истории мордовского народа». Труды Института этнографии АН СССР», т.XIII. М., 1960.
Марк К.Ю. Современная антропология марийцев в связи с вопросом этногенеза мари. «Происхождение марийского народа». Йошкар-Ола, 1967.
Третьяков П.И. Финно-угры, балты и славяне на Днепре и Волге. М. – Л., 1966.
Трофимова Т.А. и Чебоксаров Н.Н. Антропологическое изучение манси. «Краткие сообщения Института истории Материальной культуры», т. IX. Л., 1941.
Чебоксаров Н.Н. Этногенез коми по данным антропологии. «Советская этнография», 1946, № 2.

//

Joomla templates by a4joomla